Битва за Средиземное море: взгляд победителей Содержание / / На главную страницу

ГЛАВА 5

САМЫЙ ТЕМНЫЙ ЧАС

 

Четверг 22 мая

 

Четверг 22 мая стал особенно печальным днем для флота Каннингхэма. К рассвету диспозиция была следу­ющей. Роулингс со своим Соединением А 1 находился в 45 милях к юго-западу от Китеры, двигаясь на северо-запад. Вскоре к нему должны были присоединиться Со­единение В Роули, после поиска в Эгейском море, и Маунтбеттен, который прошлым вечером покинул Маль­ту с 5 эсминцами 5-й флотилии. Соединение С Кинга находилось в Эгейском море возле Гераклиона, начиная поиск на северо-запад, чтобы обнаружить вражеские вой­сковые конвои, которые могли направляться к Криту. Соединение D должно было вернуться в Александрию для дозаправки. Из Александрии вышел капитан 1 ранга Г.Л.М. Уоллер с 10-й флотилией эсминцев — «Стюарт», «Вояджер» и «Вендетта». Он должен был усилить соеди­нение А 1 Роулингса. Капитан 1 ранга Ф. Дж. Мак с 14-й флотилией — эсминцы «Джервис», «Низам», «Айлекс» (Соединение Е без «Дикоя») — должен был обстрелять Скарпанто. Кроме того, эсминцы Мака должны были оказать поддержку Соединению С Кинга (крейсера «Найад», «Перт», «Калькутта», «Карлайл», эсминцы «Кандагар», «Кингстон», «Нубиэн»). Кингу же требова­лась вся возможная помощь, так как он должен был днем совершить поиск в районе к северо-западу от Гераклио­на. Это была исключительно опасная задача, но требова­лось любой ценой сорвать высадку противником морско­го десанта. У армии было более чем достаточно забот с парашютным десантом.

В течение ночи противник не был обнаружен. Воздуш­ные атаки кораблей Кинга начались в 7.00 и продолжа­лись без перерыва до полудня. После полутора часов на­летов Соединение С заметило одинокий каик с герман­скими солдатами. Позиция Кинга на 8.30 была отлично известна противнику. Он находился в 30 милях на север от Ретимо и примерно в 60 милях от Милоса, передовой базы германских бомбардировщиков, к которой прибли­жался с каждой минутой. Каждая новая атака вызывала новый расход зенитных снарядов. Каик был потоплен «Пертом», который сам в этот момент отбивал атаку са­молетов с помощью подошедшего «Найада». Учитывая необходимость более тщательной разведки, Кинг должен был развернуть свои корабли, и в то же время он должен был держать их вместе, чтобы отбивать воздушные атаки сосредоточенным огнем. В 9.09 «Калькутта» сообщил о маленьком торговом судне, и эсминцы были посланы разобраться с ним. Через час, в 10.10, был замечен ита­льянский миноносец и 5 маленьких парусников. К этому времени Соединение С находилось всего в 25 милях от Милоса. «Перт» соединился с эскадрой, однако «Найад» пока находился сзади, отбивая ожесточенные атаки вра­жеских самолетов. Вся эскадра обрушилась на «Сагитта­рио», который выпустил торпеды и скрылся за дымзаве­сой. «Кингстон» заявил, что добился попаданий с дис­танции 7000 ярдов, и сообщил о большом количестве каиков позади дымзавесы. Конвой состоял из 38 каиков с 4000 солдат, которых предполагалось высадить в Ге­раклионе. Несколько небольших пароходов несли танки и орудия. Конвой уже получил от Шустера приказ возвращаться, как следствие действий Гленни утром 22 мая. Однако не известно, дошел ли этот приказ до конвоя к моменту встречи с кораблями Кинга.

И сейчас Кинг принял роковое решение. До сих пор его корабли отделывались ничтожными повреждениями, однако эскадренная скорость была ограничена 21 узлом — «Карлайл» не мог дать больше. На кораблях кончались боеприпасы, и им следовало держаться вместе, чтобы оказывать взаимную поддержку при воздушных атаках. Будет ли оправдан риск, если он поведет эскадру дальше на север? Уже сейчас она находилась в 70 или 80 милях от пролива Китера. Туда эскадра сможет прибыть не рань­ше, чем через 4 часа. Все это время придется отбивать мощные воздушные атаки. Кинг сделал выбор. Он ото­звал эсминцы и начал отход на запад. Радиограмма Кан­нингхэма от 9.41, сообщавшая о значительных размерах конвоя, попала к Кингу только после 11.00. К этому мо­менту он уже ушел далеко на запад. Каннингхэм считал решение Кинга грубой ошибкой и полагал, что уничто­жение крупного конвоя оправдает тяжелые потери. С при­сущей ему едкостью он указал, что самым безопасным местом для кораблей Кинга была гуща вражеских судов. Сказано звонко, однако это показывает на расхождение взглядов британского адмирала и германских пилотов.

Брагадин пишет:

 

«В 8.30 22 мая этот миноносец «Сагиттарио» вел свой конвой в Канию, когда лейтенант Джузеппе Чигала Фульгози получил приказ вернуться на Милос, так как обста­новка на суше осложнилась. Едва Чигала успел повернуть, как на востоке показались мачты британских кораблей. Это стало неприятным сюрпризом. Хотя в небе кружили свои самолеты, ни один из них не предупредил о присутствии неприятеля. Чигала приказал примерно 30 судам конвоя уходить как можно быстрее, а сам начал ставить дымзавесу, чтобы прикрыть их. Затем вместо того, чтобы самому укрыться в дымзавесе, он повернул навстречу врагу.

Как только британская эскадра, состоявшая из 5 крейсеров и 2 эсминцев под командой адмирала Кинга, заме­тила «Сагиттарио», она открыла огонь с дистанции 12000 метров. Вражеские снаряды падали вокруг миноносца, но стремительный зигзаг помог «Сагиттарио» уйти от сосре­доточенного огня. Когда до второго крейсера осталось менее 8000 метров, Чигала повернул прямо на него и выпустил свои торпеды. Затем, намереваясь удержать ан­гличан подальше от конвоя, он еще больше сократил дистанцию. Над вражеским крейсером, в который были выпущены торпеды, поднялся столб дыма, и Чигала ре­шил, что добился попадания. Однако в этот момент бри­танские корабли прекратили огонь и повернули на юго-запад. Чигала выпустил еще несколько снарядов по бли­жайшему эсминцу и повернул назад, полностью удов­летворенный, чтобы вновь присоединиться к конвою. Ему никто не мешал. Но испытания «Сагиттарио» еще не закончились. Несколько Ju-87 пять раз атаковали миноно­сец, но, к счастью, повреждений не нанесли».

 

Больше всех этому отходу удивился Фульгози, однако его отважный маленький корабль уцелел, а большой кон­вой под прикрытием дымзавесы тоже ушел.

Во время отхода на запад Кинг подвергался непре­рывным воздушным атакам 3,5 часа. Казалось, что в этот день Люфтваффе все свои силы бросили против кораб­лей, так как бомбардировщики меньше занимались на­земными целями. На легком крейсере «Найад» 2 башни вышли из строя, а близкие разрывы затопили несколько отсеков, что снизило скорость корабля до 17 или 18 уз­лов. В течение 10 минут рядом с крейсером разорвались 36 бомб, а за последние 2 часа на него была сброшена 181 бомба. Так как к 11.25 крейсер не мог держаться в строю, Кинг приказал остальным кораблям эскадры идти к нему на помощь. «Карлайл» тоже получил попадание, хотя оно вызвало мало повреждений. На «Перте» вышла из строя система управления огнем.

Тем временем Роулингс с Соединениями А 1 и В пат­рулировал в 20 — 30 милях западнее пролива Китера. «Мы выполняли полезную задачу, отвлекая на себя вражес­кие самолеты», — сухо заметил адмирал. Для экипажей кораблей было большим утешением видеть, что рядом еще одна эскадра подвергается не менее сильным атакам. Как только Роулингс узнал, что Кинг уходит из Эгей­ского моря, он решил встретиться с ним вблизи от про­лива Китера. В 12.25, узнав, что «Найад» теряет скорость, а Соединению С требуется поддержка, Роулингс пошел по проливу с максимальной скоростью — 23 узла. Боль­ше его линкоры дать не могли. Он намеревался войти в Эгейское море. Такое решение было нелегким, ведь он подставлял под удар свои линкоры, чьи мощные 15" ору­дия были совершенно бесполезны против самолетов. Од­нако большую помощь могли оказать их зенитки, так как на «Уорспайте» сохранилось 66% боезапаса, а на «Вэлианте» — 80%. Но с другой стороны, на крейсерах Соеди­нения В снарядов оставалось опасно мало: 30% на «Фид­жи» и только 18% на «Глостере».

Когда отбивающееся из последних сил Соединение С Кинга подходило к проливу, «Мессершмитт» спикиро­вал на «Карлайл», обстреляв мостик из пулеметов. По­гиб командир крейсера капитан 1 ранга Т.К. Хэмптон. Через несколько минут, в 13.12, разрывы зенитных сна­рядов Кинга были замечены на кораблях Роулингса, а еще через 20 минут Соединения А 1, В и С встретились и пошли на юг все вместе. Как раз в этот момент, в 13.32, «Уорспайт» был атакован 3 «Мессершмиттами». Они спи­кировали на линкор из низкого облака и атаковали очень решительно. Одна из сброшенных бомб попала в линкор и уничтожила 4" и 6" батареи правого борта. Были по­вреждены воздухозаборники котельного отделения, по­этому скорость корабля упала до 18 узлов. Вскоре после этого между островами Пори и Антикитера был заме­чен большой каик. Эсминец «Грейхаунд» получил при­каз, потопить его. Контр-адмирал Кинг был старше Роулингса и поэтому примял командование объединенной эскадрой.

Несмотря на массированные и непрерывные бомбеж­ки, умелое маневрирование кораблей и плотный зенитный огонь до сих пор позволяли англичанам отделаться неболь­шими потерями и относительно легкими повреждениями. Но теперь ситуация резко изменилась. Первой жертвой стал эсминец «Грейхаунд». Этот маленький корабль своими про­жекторами обнаружил итальянскую эскадру в бою у Мата­пана всего месяц назад. Потопив каик, он возвращался на свое место в строю, когда в 13.51 был атакован 8 пикиров­щиками. Он получил 2 попадания, послужив еще одним примером уязвимости корабля, оторвавшегося от эскадры. Эсминец затонул через 15 минут, хотя его орудия стреляли до последнего. Команде удалось спустить вельбот. Кинг сно­ва отделил эсминцы «Кандагар» и «Кингстон», чтобы по­добрать спасшихся. Учитывая постоянные бомбежки и пу­леметный обстрел во время спасательных работ, адмирал приказал крейсерам «Фиджи» и «Глостер» держаться ря­дом с этими двумя эсминцами, чтобы усилить их ПВО. Остальная эскадра продолжала двигаться на юго-запад. Кинг не подозревал о почти израсходованных запасах зенитных снарядов на кораблях Соединения В.

Прикрываемые крейсерами, «Кандагар» и «Кингстон» спустили шлюпки и подобрали остатки экипажа «Грей­хаунда», в том числе его командира капитана 2 ранга У.Р. Маршалл-Э'Дина. Каннингхэм в своих мемуарах пишет, что несколько дней спустя он посетил госпи­таль в Александрии. Молодой матрос рассказал ему, что в вельботе «Грейхаунда» находилось около 20 человек. Однако вражеский самолет обстрелял вельбот, и мат­рос спрыгнул в воду и нырнул. Вынырнув, он увидел, что все люди в шлюпке погибли, в том числе первый помощник лейтенант Робин Скотт и старший механик инженер-капитан-лейтенант Р.Э.Дж. Бремнер.

 

Корабли-спасатели подвергались таким атакам, что в 14.56 Кинг, теперь узнав о кончающемся боезапасе, приказал им уходить, оставив на месте свои шлюпки и пло­тики. Он приказал как можно скорее соединиться с эс­кадрой. Пока попаданий не было, но «Кингстон» был поврежден близкими разрывами.

В 15.30 «Глостер» и «Фиджи» уже были видны за кор­мой эскадры, догоняя ее на большой скорости. Через 20 минут отважный «Глостер», который уклонился от ог­ромного количества бомб, получил несколько попада­ний. Крейсер остановился, охваченный бушующими по­жарами, верхняя палуба была искорежена. Конец его был не за горами. «Фиджи» сбросил свои спасательные пло­тики, но, учитывая интенсивность воздушных атак, кон­чающиеся боеприпасы и топливо, его капитан был вы­нужден вместе с эсминцами отходить на юг. Германские самолеты продолжали наседать на них. Когда корабли уходили, плавающие в воде остатки команды «Глостера» провожали их криками, так как теперь им предстоял пу­леметный обстрел с воздуха. Оставалась небольшая на­дежда добраться до берега, который виднелся невдале­ке, но потери оказались тяжелыми. Погиб и командир крейсера капитан 1 ранга Г.А. Роули. Погибли первый помощник капитан-лейтенант Джон Бретт и капитан морской пехоты Дик Формби, два очень обещающих офицера, которые вместе с автором в начале войны слу­жили в военно-морском колледже в Дартмуте. Название «Глостер» было давней традицией в Королевском Флоте и пользовалось особой любовью. Один из первых облада­телей этого имени совершил в 1740 — 44 годах знамени­тое кругосветное плавание в составе эскадры Энсона.

«Фиджи» вместе с 2 эсминцами удирал на юг на ско­рости 27 узлов. За последние 4 часа крейсер пережил не менее 20 атак, однако теперь маленькое соединение все дальше и дальше отрывалось от главных сил флота. В1 17.10 «Фиджи» сообщил, что находится в 24 милях по пеленгу 305° от мыса Элафонизи, юго-западной око­нечности Крита, то есть в 30 милях прямо на запад от Соединений А 1 и С, которые теперь шли курсом 215°. И в 18.45 везение крейсера кончилось. Он стал жертвой одинокого «Мессершмитта», который выскочил из тучи и спикировал на «Фиджи». Близкий разрыв у левого борта вызвал сильный крен и снизил скорость до 17 уз­лов. В 19.15 другой одиночный самолет накрыл 3 бомба­ми котельное отделение «А». Крейсер уже израсходо­вал все 4" снаряды. Крен продолжал увеличиваться, и в 20.15 «Фиджи» перевернулся и затонул в точке 34° 45' N, 23° 12' О. Капитан 1 ранга П.Б.Р.У. Уильям-Паулетт уже отдал приказ покинуть корабль. Солнце зашло (Закат в 20.20. Конец сумерек в 21.23. Восход в 6.13. Начало сумерек в 5.10.), однако было еще достаточно светло для продолжения воздуш­ных атак. «Кандагар» (капитан 2 ранга У.Дж.Э. Робсон) и «Кингстон» (капитан-лейтенант П. Сомервилл) оста­вили шлюпки и плотики и в течение 45 минут отходили на юг. После наступления темноты они вернулись. Эс­минцы сумели подобрать 523 человека из 780. Капитан 2 ранга Маршалл-Э'Дин, который сам был подобран «Кандагаром» после гибели «Грейхаунда», помогал спа­сать команду крейсера. Видя выбивающегося из сил мат­роса, он прыгнул в воду, чтобы помочь. Больше его никто не видел. За свою отвагу он был посмертно награжден Медалью Альберта.

Завершив подбирать команду «Фиджи», «Кандагар» и «Кингстон» повернули на соединение с Кингом. Всю вто­рую половину дня, двигаясь на юго-запад, Соединения А 1 и С подвергались периодическим воздушным атакам. В 16.00 к ним присоединились 5 эсминцев Маунтбеттена, которые во время перехода с Мальты отвлеклись, чтобы поохотиться на подводную лодку. Если не считать серьез­ного попадания в «Уорспайт», больше ни один корабль не пострадал. В 16.45 горизонтальный бомбардировщик попал в корму «Вэлианта» двумя средними бомбами, но повреждения оказались незначительными.

В 18.00 объединенная эскадра Кинга повернула на юг. Через 3 часа он повернул на восток. Теперь эскадра нахо­дилась в 55 милях южнее Крита. В течение дня были поте­ряны эсминец «Грейхаунд» и крейсера «Фиджи» и «Гло­стер», все на долготе Китеры. Поэтому было решено пе­редвинуть район сбора на восток, чтобы не подвергаться такому большому риску. Предполагалось, что переходы в Эгейское море вокруг восточной оконечности Крита бу­дут более безопасны.

В этот печальный день англичане получили много уро­ков. Интересно перечитать заметки командира «Фиджи». Хотя сейчас это кажется совершенно очевидным, к та­ким выводам пришли в результате горького опыта.

 

1. Крейсера на большой скорости, свободно маневри­руя, могут уклониться от атак пикировщиков.

2. Отмечен сдерживающий эффект зенитного огня. 6" снаряды заставляют пикировщики сбрасывать бомбы преждевременно. Когда кончаются боеприпасы, атаки становятся более настойчивыми.

3. Если ожидаются новые интенсивные атаки, продол­жение спасательных работ только подвергает опасности новые корабли.

4. В течение всего дня, до самого вечера, ни одна атака не была внезапной. Это позволяло сразу обстреливать са­молеты и выполнять надлежащие маневры уклонения. Только внезапная атака вечером вызвала потерю хода «Фиджи». Радар не действовал почти весь день. Наблюда­тели, после множества атак, научились не пропускать ничего. Подчеркну опасность низкой облачности.

 

В этот трагический для флота день положение на бере­гу оказалось не слишком хорошим и для армии. После безуспешной утренней контратаки, чтобы отбить аэро­дром Малеме, началось отступление британских войск на новые позиции к востоку. Весь день в Малеме продол­жали прибывать транспортные самолеты, хотя это дорого обошлось немцам. В течение критического дня 22 мая немцы перебросили 3 горно-егерских батальона, легкую артиллерию и полевой госпиталь. Это особенно примеча­тельно, учитывая состояние аэродрома и то, что он на­ходился под обстрелом британской полевой артиллерии. Решимость отважных защитников острова не поколеба­лась, но к концу третьего дня стало очевидно, что нем­цы значительно укрепили свои позиции.

Доставка подкреплений и снабжения обороняющим­ся могла проводиться только по ночам. Рейсы кораблей на остров становились крайне опасными. Тем не менее, во второй половине дня 22 мая в Александрии специаль­ный десантный корабль «Гленрой» (капитан 1 ранга сэр Джеймс Пэджет, баронет) погрузил 900 человек Соб­ственного ЕВ Королевы полка, штаб 16-й пехотной бри­гады, 18 машин и направился в Тимбаки на южном бе­регу Крита.

Командование намеревалось удержать Крит, хотя стра­тегическая ситуация изменилась после захвата немцами аэродрома Малеме. Хотя противник захватил часть побе­режья, все вражеские морские конвои повернули назад.



Дальше