Битва за Средиземное море: взгляд победителей Содержание / / На главную страницу

ГЛАВА 12

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

 

Итоги битвы

 

Потеря Крита после боев, которые длились всего не­сколько дней, стала сенсацией. Она еще более укрепила веру в непобедимость Германии. Впереди виделись новые высадки — на Кипре, в Сирии и Ираке. Престиж Герма­нии был так высок, что когда через 3 недели после зах­вата Крита начался блицкриг в России, все верили, что его не остановит ничто. Падения России ожидали в тече­ние ближайших недель.

Союзники не только потеряли Крит, но и дорого за­платили за попытку удержать его. Средиземноморский флот потерял более 2000 офицеров и матросов, а также 3 крейсера («Глостер», «Фиджи», «Калькутта») и 6 эс­минцев («Джюно», «Грейхаунд», «Кашмир», «Келли», «Империал», «Хируорд»). Кроме того «Формидебл», единственный авианосец в Восточном Средиземномо­рье, вышел из строя на несколько месяцев. Были по­вреждены линкоры «Уорспайт», «Барэм», крейсера «Аякс», «Орион», «Перт», эсминцы «Кельвин», «Нуби­эн». Легкие повреждения, которые можно было испра­вить в течение пары недель, получили крейсера «Найад», «Карлайл», эсминцы «Нэпир», «Айлекс», «Хэйвок», «Кингстон», «Низам». Итальянский флот не рискнул показаться в море и потому потерь не понес. Против 2 линкоров и 3 крейсеров Каннингхэма противник имел 4 линкора и 11 крейсеров.

Армия на Крите насчитывала 32000 человек, без учета спешно переброшенных подкреплений. Из этого числа погибли 1800 человек, 12000 попали в плен, 17000 были эвакуированы. Примерно 1000 человек спаслась уже пос­ле захвата острова.

КВВС на Среднем Востоке действовали в условиях острейшей нехватки сил и средств, они не располагали удачно расположенными базами. Имея ограниченное ко­личество самолетов, они не смогли оказать поддержку армии и флоту, как в последующие годы. Однако КВВС потеряли 23 бомбардировщика и 23 истребителя. Отваж­ные пилоты на «Мэрилендах», «Бленхеймах», «Веллингтонах», «Харрикейнах» действовали с аэродромов Север­ной Африки. Пилоты истребителей были вынуждены ле­тать с неполным боекомплектом, чтобы использовать подвесные баки, которые позволяли им проводить боль­ше времени в районе боев.

В оценке германских потерь существует определен­ное расхождение. В действительности потери немцев были очень высоки в первые дни, особенно в боях за Гераклион. Немцы утверждают, что потеряли 4000 уби­тыми и пропавшими без вести, однако с трудом ве­рится, что эта цифра менее 5000 человек. Она может быть даже гораздо выше, учитывая потери в упавших в море самолетах и на кораблях разгромленных войско­вых конвоев. Генерал Фрейберг в свое время оценил потери немцев в 17000 убитыми и ранеными, в том числе 6000 утонувших. Эти потери были особенно бо­лезненны, потому что их понесли отборные, специ­ально обученные войска.

Люфтваффе потеряли в ходе операции 200 самолетов всех классов. Для того периода войны это было очень много.

 

Уроки

 

Неожиданной чертой войны на Средиземноморье стало отсутствие интереса к этому театру после Абиссинского кризиса не только со стороны Германии, но и Британии, которая особенно наплевательски отнеслась к усилению авиации. К тому времени, когда мы осознали упущения, сделанные на этом театре, страна сражалась за свое суще­ствование. Битва за Британию не позволяла выделять ре­сурсы для Средиземного моря. Это в полной мере ощутил Каннингхэм, когда после падения Франции в войну всту­пила Италия. Однако потребовалась такая трагедия, как Крит, чтобы в Британии отчетливо поняли острейшую нужду в самолетах и аэродромах на Восточном Средиземноморье.

К счастью для Британии, Гитлер рассматривал Сре­диземное море, как область итальянских интересов, не­смотря на попытки адмирала Редера убедить его полнос­тью использовать это море. Только в январе 1941 года Х авиакорпус прибыл в Сицилию. Будущее Мальты сразу стало сомнительным, но через 4 месяца немцы обратили внимание на Крит. После падения Крита выяснилось, что Х авиакорпус понес тяжелые потери, хотя они ока­зались не столь ужасны, как в VIII и XI авиакорпусах. Однако их дальнейшее использование стало трудным. Мальта получила новую отсрочку. История полна приме­ров, когда командующий, пренебрегший Средиземно­морским театром, в конечном счете терпел крах.

После падения Греции генерал Уэйвелл выпустил приказ, в котором перечислял выводы, сделанные со­вместным комитетом всех видов вооруженных сил. Они выглядели совершенно очевидными, однако следует по­мнить, что это была первая крупномасштабная атака парашютно-десантных войск против укрепленной пози­ции. Хотя операции такого масштаба немцами больше не повторялись из-за чудовищных потерь, генерал Штудент очень умело использовал своих парашютистов при со­вершенно иных обстоятельствах в Арнеме в 1944 году.

Что касается морских операций, то и здесь уроки ока­зались совершенно очевидны. Адмирал Каннингхэм сра­зу признал, что корабли не могут действовать близко к вражеским аэродромам, если не имеют мощного истре­бительного прикрытия. Без него флот обречен на тяже­лые потери. Уже в ходе битвы был использован принцип сосредоточенного зенитного огня.

Хроника вражеских воздушных атак против британ­ских кораблей показывает, какой силы удары на них об­рушились, особенно когда корабли проходили в 30 ми­лях от вражеских аэродромов. То, что корабли выстояли в подобных условиях, удивляет и восхищает.

В первый раз в истории остров, имеющий важное стра­тегическое значение, был полностью захвачен ударом с воздуха. И это несмотря на то, что защитники ожидали атаки, а их флот господствовал на море. Обе стороны многому научились. Оказалось, что во время воздушно-десантной операции атакующий несет тяжелые потери в людях и самолетах, даже господствуя в небе.

Предыдущие высадки германских парашютистов в Голландии и Бельгии против неподготовленного про­тивника сопровождались минимальными потерями. Вза­имодействие с сухопутными войсками налаживалось легко. На Крите защитники находились в полной го­товности, и атакующие сами оказались под угрозой уничтожения. Далее, Королевский Флот выполнил свою задачу и не допустил высадки морских десантов, хотя ценой таких потерь, которые поставили под угрозу его господство в Восточном Средиземноморье. Британские : войска занимали Крит 6 месяцев. Имея такой аэродром, как Малеме, 30000 человек гарнизона и господство на море, можно было считать остров в безопасности. По­чему же тогда Германия сумела в считанные дни захва­тить его? Почему обороняющиеся, несмотря на столь долгую подготовку, не смогли противостоять «размяг­чению» обороны, которое предшествовало заключитель­ному удару?

 

Где были упущены возможности?

 

Эта книга, посвященная чисто морским аспектам операции, не ставит целью критику действий армии на острове, особенно учитывая многочисленные про­явления отваги и решительности. Очень многие указы­вают на отсутствие быстрой и эффективной контрата­ки в первую ночь после высадки. Это лишило бы нем­цев возможности использовать аэродром Малеме. Здесь можно упомянуть успешную оборону Гераклиона и Ретимо. Было упущено много возможностей. Однако фактом остается то, что определяющей чертой битвы стало неоспоримое господство агрессора в воздухе. За­щитники были бессильны что-либо изменить, исклю­чая попытки сделать аэродром Малеме непригодным к использованию. Материальное воздействие «размягче­ния» уже важно само по себе. Оно привело к эвакуации с острова британских самолетов еще до начала вторже­ния. Непрекращающиеся бомбежки и обстрелы во вре­мя вторжения почти полностью нейтрализовали обо­рону. Однако наиболее важным результатом этих воз­душных атак, которые не встречали никакого отпора, стало значительное ослабление уверенности и силы духа защитников. Другим важнейшим преимуществом гос­подства в воздухе стало неограниченное ведение раз­ведки. Вынужденные искать укрытия от непрерывных воздушных атак, обороняющиеся не имели возможно­сти контролировать передвижения частей. Их команди­ры не имели общей картины расположения своих и чужих войск. Еще больше усилило этот недостаток пло­хое состояние связи. Также следует помнить, что боль­шая часть войск была спешно вывезена из Греции за 3 недели до начала вторжения. Генерал Фрейберг при­нял общее командование только 30 апреля. Он стал седьмым командующим за 6 месяцев. Не хватало само­летов и танков, но также не хватало транспорта, ору­дий, боеприпасов, продовольствия.

Почему на Крите почти за 7 месяцев английского при­сутствия не были построены дополнительные аэродро­мы? Причина кроется в том, что на Средиземноморском театре были другие, более неотложные задачи. После втор­жения Муссолини в Грецию в октябре 1940 года англи­чане оккупировали Крит. Греки вывезли свои войска с острова на материк. Остров был нужен англичанам в пер­вую очередь, чтобы создать военно-морскую базу в бухте Суда. Королевский Флот организовал оборону гавани и начал использовать Малеме в качестве базы, с которой могли действовать истребители и бомбардировщики в случае обстрелов с моря или воздушных налетов с Доде­канезских островов. Ни греки, ни англичане не верили, что итальянцы попытаются захватить Крит. В то время Германия не проявляла интереса к Средиземному морю. Только в январе 1941 года Люфтваффе изменили точку зрения и отправили туда Х авиакорпус. Стало ясно, что это открывает дорогу наступлению немцев через Среди­земное и Эгейское моря, так как дает им превосходство в воздухе. Так как итальянцы оказались более чем слабы, и с учетом прочих военных интересов, просьбы Каннин­гхэма и Теддера прислать больше самолетов на Среди­земное море не были услышаны. Кратковременное вни­мание к этому театру проявилось в марте 1941 года в ходе операции «Ластр» по перевозке британских войск в Гре­цию. Но уже через месяц пришлось поспешно бросить там всю технику и аэродромы. Королевский Флот вывез войска на Крит и в Египет.

Британские успехи и неудачи в Западной Пустыне во многом зависели от того, удастся ли Королевскому Флоту или КВВС перерезать итальянские морские ком­муникации. Этот простой факт еще раз подчеркнул зна­чение Мальты (в противоположность Криту) и необ­ходимость держать там как можно больше кораблей и самолетов. В свою очередь, наступление британских войск в Северной Африке привело к захвату аэродромов, с которых авиация могла поддерживать и корабли Каннингхэма, и Мальту. Это означало, что о Крите вообще могут забыть. Печальная ирония заключается в том, что 238 танков и 43 разобранных «Харрикейна», доставленные в Александрию 12 мая конвоем «Тайгер», нельзя было ис­пользовать при обороне Крита.

Армейский и флотский главнокомандующие никогда не переставали подчеркивать важность воздушного аспекта своих операций. Они резко критиковали недостаточные поставки самолетов Средневосточному Командованию КВВС. Каннингхэм извлекал огромную пользу из своих авианосцев, пока они имелись. Они проводили разведку, поиски, наносили удары и обеспечивали истребитель­ное прикрытие флота, где бы он ни находился. Из-за об­щей нехватки авианосцев (которую позднее ликвидиро­вала массовая постройка эскортных авианосцев для Бри­тании в США) Каннингхэм постоянно требовал пере­дать под его контроль самолеты КВВС, особенно развед­чики и дальние истребители. КВВС так же постоянно от­казывали ему в этом. Лишь много времени спустя после Крита, 20 октября 1941 года КВВС сформировали авиа­группу поддержки флота под командованием вице-мар­шала авиации, который действовал совместно с главно­командующим Средиземноморским флотом. Это был важ­ный шаг, но в первое время сказывалась общая нехватка самолетов.

При таких обстоятельствах, учитывая общую нехват­ку самолетов и аэродромов в мае 1941 года, мало вероят­но, чтобы британские и имперские вооруженные силы смогли долгое время оборонять Крит в условиях господ­ства немцев в воздухе. То, что они сопротивлялись так долго и нанесли тяжелые потери германским парашюти­стам и авиации, говорит о решительности британских командиров, отваге и стойкости войск, проявленных в самых неблагоприятных условиях. Когда поражение ста­ло неизбежным, возник вопрос, а не лучше ли было от­дать остров без борьбы? Это спасло бы тысячи жизней и множество кораблей.

 

Оправданы ли потери?

 

Несмотря на свое подавляющее воздушное превосход­ство, немцы едва не потерпели поражение. Только когда на второй день боев они захватили аэродром Малеме, у них появились шансы на успех. Они бросали в бой все силы, несмотря на потери. В результате XI авиакорпус парашютных и воздушно-десантных войск был почти полностью уничтожен как войсковая часть вместе со сво­ими транспортными самолетами, планерами и техникой. Генерал Курт Штудент, который выдвинул идею захва­тить Крит вторжением с воздуха, знал только, что опе­рацию следует завершить как можно быстрее. Гитлер раз­решил ее, предупредив, что воздушно-десантные войс­ка потребуются во время запланированного вторжения в Россию. Некоторые подразделения Х авиакорпуса были переброшены из Сицилии в Грецию. Поддержку вторже­ния осуществлял VIII авиакорпус, имевший более 700 самолетов. Общее командование атакой было поручено генералу Александру Лёру.

Следует напомнить, что немцы считали Средиземное море сферой итальянских интересов, пока Муссолини не вторгся в Грецию. После того, как Гитлер решил вме­шаться, немцы создали локальное воздушное превосход­ство быстро и умело. Именно скорость и эффективность переброски авиации в Грецию, Эгейское море и на До­деканезские острова особенно подчеркнули неспособность англичан организовать воздушную оборону Крита. Волна пацифизма в Англии, вера в Лигу Наций в тридцатые годы, как раз когда Германия перевооружалась и готови­лась к войне, могут служить частичным извинением.

Присутствие Королевского Флота помешало немцам перевозить войска морем в больших количествах. Он так­же смог доставлять на остров подкрепления и припасы. Но было очевидно, что это не протянется долго при пол­ном отсутствии прикрытия с воздуха. Почему же следо­вало продолжать упорное сопротивление, ведь исход борьбы за остров уже можно было предсказать? Причину можно видеть из результатов. Почти полное уничтожение XI авиакорпуса лишило немцев возможности поддержи­вать силы Виши в Сирии и не позволило им поддержать мятеж в Ираке. Это в свою очередь оказало большое вли­яние на Турцию, которая вполне могла выступить на сто­роне Германии. Это все произошло бы, если бы Брита­ния не вмешалась в греческие события и привело бы к подрыву ее позиций на Среднем Востоке.

Кое-кто до сих пор считает, что англичане не сделали все возможное для спасения Греции. Здесь следует учи­тывать трудности, которые испытывал флот, поддержи­вая снабжение Мальты. Они многократно увеличились из-за появления вражеских самолетов на Крите и в Кирена­ике. Появилась «бомбовая аллея», ведущая с Мальты в Александрию.

Каннингхэм говорит:

 

«Оглядываясь назад, я иногда размышляю, а была ли потеря острова таким серьезным ударом, как казалось в то время. Если бы мы отбили атаку немцев и удержали остров, наши проблемы доставки снабжения стали бы чрезвычайно сложными. Нам несомненно потребовался бы большой гарнизон. Хотя основные задачи обороны можно было возложить на греков, наши скудные запасы вооружения, боеприпасов и техники, имевшиеся на Сре­диземном море, быстро подошли бы к концу. Более того, как уже говорилось, все порты, пригодные для выгруз­ки снабжения, находились на северном берегу, в преде­лах досягаемости вражеской авиации. Вряд ли Люфтваф­фе смогли бы поддерживать прежнюю интенсивность атак, такое массирование сил было создано для специ­альной операции по захвату острова, но совершенно .: ясно, что этими портами можно было бы пользоваться только по ночам.

КВВС также пришлось бы держать значительные силы на Крите. Это вынудило бы строить новые аэродромы. Когда начинаешь считать все дополнительное оборудование и припасы, требующиеся КВВС, не го­воря уже о содержании войск, трудно представить, как все это можно было выгрузить на южном побережье Крита, и тем более перебросить через горы туда, где все это требовалось.

С другой стороны нельзя отрицать, что, удержав ост­ров, мы намного облегчили бы себе снабжение Мальты в тот критический период, который вскоре наступил. Именно присутствие германской авиации на острове сде­лало переходы наших конвоев на Мальту с востока та­кими опасными и дорогостоящими».

 

Каннингхэм далее указывает на серьезный эффект британского сопротивления в ходе Балканской кампа­нии, сначала в Греции, потом на Крите. Германия нача­ла наступление в Югославии и Греции 6 апреля 1941 года. В операциях участвовали 27 дивизий, в том числе 7 тан­ковых (примерно треть танковых войск Германии). Об­щие задержки и потери на Крите не только расстроили планы Гитлера относительно Сирии и Ирака, но и серь­езно задержали нападение на Россию. Каннингхэм про­должает:

 

«Немцы достигли окраин Москвы в октябре 1941 года, как раз когда ранние морозы начали оказывать свое воздействие на их наступление. Если бы они подо­шли к Москве на 5 недель раньше, возможно это при­вело бы к захвату города, значение которого трудно преувеличить.

Таким образом наша оборона Крита повлияла на об­щий ход войны».

 

В заключение можно сказать, что много лет спустя трудно представить себе иной исход битвы. Эта битва была проиграна с самого начала, шансы на успех были просто ничтожны из-за превосходства противника в воздухе. Тем не менее, упорная оборона была необходима, и войска сражались отважно. Немцы получили такой урок, что больше даже не пытались проводить воздуш­но-десантные операции такого масштаба. Многие сол­даты, храбро сражавшиеся и погибшие там, отдали свои жизни не напрасно.



Дальше